Прилепин

Наталья Денисенко *** Однажды снова будем — молодые и чистые, и всё ещё пустые — вертеть калейдоскоп, искать мечту, питаться светом, но держать во рту заваренную крепко темноту, чтобы узнать её повадки злые. Чтобы обжечься, но не проглотить. — Кто мы такие? Кто же мы такие? Такие. Мы. Что нас не может быть. В холодных необставленных гостиных, боясь своих же отражений длинных, закроемся и станем тканью слов, носителями мёртвых языков, поэтами — в два счёта. Но любовь не принесёт и пары дней счастливых. Она захочет нас развоплотить. — Кто мы такие? Кто же мы такие? Такие мы. Что нас не может быть. Прольётся белый свет. Заговорит он, и сад качнётся облачным нефритом дубов, чьи дети много старше улиц, — дубов, чьи дети пали, но вернулись, и в нашей новой юности, в июле прошелестят они в окне открытом... Не сохнуть. Не ломаться. Жадно жить. — Кто мы такие? Кто же мы такие? Такие мы, что нас не может быть.

Необъятные масштабы советских строек В сегодняшней нашей выставке восхищают меня не только размах строительства, не только литургическое прославление труда и уровень живописи – но даже сами имена художников. Это та самая «многонационалочка», которую так ненавидят наши националисты. Минимум пять этносов представлено на десять картин. Так, кстати, было очень часто везде и повсюду – будь то армейское отделение или отдел в НИИ.